Профессор Минерва МакГонагалл отвечала за организацию учебного процесса в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Еще она отвечала за чистоту в той же школе, за доставку продуктов на кухню, за работу домовых эльфов, за проказы привидений, за здоровье учеников и настроение учителей. Никто не знал, почему ответственность за всё это легла на Минерву, но чуть что, все сразу бежали к ней предъявлять претензии. «Иди-ка ты к МакГонагалл!», — и много лет спустя говорили выпускники Хогвартса, когда что-то шло наперекосяк.

Минерва очень заботилась, чтобы ученикам в школе жилось безопасно и чтобы они получали самое лучшее магическое образование, поэтому она терпеть не могла устраивать всякие праздники, которые отвлекали детей от учебы. Но однажды в субботу, когда она совершала традиционный утренний обход (а вот традиции, в отличие от праздников, Минерва обожала), ей встретился Рем. То есть Ремус Люпин, вновь назначенный профессором то ли ЗоСС (что было бы логично), то ли ЗоТС (что соответствовало штатному расписанию).

— Рассказать вам секрет? — спросил Рем.

— Конечно, расскажи.

— Нашему Альбусу завтра исполняется сто пятьдесят лет!

— Не может быть! Неужели Альбусу сто пятьдесят лет! — воскликнула Минерва, подумав: «Он и вправду верит, что, проработав с Альбусом лет семьдесят, я не знаю, когда у него день рождения и сколько ему исполняется?!».

— Он мне сам сказал, — с гордостью поведал Люпин.

— Мы непременно должны это отпраздновать, — хмуро ответила Минерва.

— Надо ему что-нибудь подарить, — догадался Люпин.

— И произнести поздравительную речь, — совсем уж мрачно добавила МакГонагалл.

— А потом пусть оркестр домовых эльфов сыграет ему марш!

—А хор учителей споет юбилейную песню, — припечатала Минерва убийственным тоном.

Проходивший мимо профессор зельеварения Северус Снейп тут же решил опробовать этот тон на Поттере в ближайшем будущем.

— А, Северус, вас, оказывается, не пригласили на субботний завтрак к Темному Лорду, — заметила Минерва.

— Темный Лорд не завтракает по субботам, — сварливо ответил Снейп.

— Диета? — заботливо поинтересовалась здоровьем бывшего сокурсника Минерва.

— Склероз.

— Между прочим, нашему Альбусу завтра исполняется сто пятьдесят лет! — восторженно объявил Снейпу Ремус.

Снейп и МакГонагалл переглянулись: «Видите, какие идиоты ваши бесценные гриффиндорцы?» — «Но-но, Северус, признавайся, что ты добавляешь в Волчье зелье?».

— Вот как! Я думал, ему уже за триста, — сухо заметил Снейп.

— Альбус — великий человек! — изрек Ремус. Его собеседники закатили глаза.

— Да уж, куда более великий, чем некоторые другие, — пробурчал Снейп. Минерва не смогла бы с уверенностью сказать, что она точно поняла, кого он имел в виду. А Снейп добавил: — Кстати, надо же сделать ему подарок.

— Мы как раз это обсуждали. Весь вопрос в том, что ему подарить?

— Например, будильник, чтобы не спал на педсоветах, — предложил Северус.

— Лучше бы все-таки придумать что-нибудь такое, что доставит ему радость, — не слишком убежденно возразила Минерва: по глазам было видно, что идея с будильником пришлась ей по душе.

— Клетку для Фоукса с амбарным замком и огнетушитель?

Тут к столпившимся в коридоре преподавателям присоединились коллеги — профессора Флитвик, Хуч, Трелони и Синистра. Их незамедлительно посвятили в секрет хогвартской важности.

— Можно подарить ему метлу, тогда ему не придется спускаться в Главный Зал по этим дурацким лестницам, — сказала Хуч.

—Моя интуиция подсказывает, что у него больше шансов свалиться с метлы, чем с лестницы, — вступила в беседу Трелони. — Лучше подарить ему хрустальный шар, карты Таро и кофе для гаданий. Тогда он будет знать все, не выходя из кабинета и не спускаясь с риском для жизни по этим дурацким лестницам.

— Мешок кофе немногим хуже будильника, — пробормотал Снейп. — Но тогда он станет из-за бессонницы ходить по ночам и наверняка свалиться с одной из этих дурацких лестниц.

— И чего вы привязались к этим лестницам? — воскликнула Синистра. — Думайте, господа, думайте. Я вот считаю, что Альбусу надо подарить телескоп.

— Вам кажется, очков ему уже не достаточно? — уточнил Снейп.

— Северус, а когда у вас день рождения? Я подарю вам сделанный по индивидуальному заказу кляп, — вмешалась Хуч.

— Он начнет жестикулировать и писать на стенах, — предупредила Роланду опытная Минерва.

— На стенах пишут исключительно ваши гриффиндорцы, — возмутился Снейп, — потому что из бумаги они делают кораблики и самолетики.

— А слизеринцы — журавликов, — отрезала Минерва.

— Может, подарим Альбусу торт со ста пятьюдесятью свечками? — попытался вернуть педсостав к основной теме Флитвик.

МакГонагалл вспомнила, что она обожает традиции, и одобрила идею. Хуч и Синистра сообразили, что им тоже достанется по кусочку подарка, и поддержали зам.директора. Интуиция Трелони молчала, Сибилла последовала ее примеру; а Снейп выразил надежду, что Альбус испортит себе зубы, то есть тоже высказался «за».

И Минерва поспешила на кухню договариваться с домовыми эльфами.

*

Когда Альбус Дамблдор на следующее утро спустился в Главный зал, он увидел поднятые флаги всех факультетов, сотни воздушных шаров и три чахлые гвоздички в вазочке по центру учительского стола. «От Хагрида, — проницательность директора не знала границ. — Видимо, остались с того моего дня рождения, который мы праздновали месяца три назад».

Пока Альбус пробирался к своему стулу, оркестр домовых эльфов играл очень знакомую мелодию. «Та-та-та… Какой-то марш. А какие марши я знаю? Шопена и Мендельсона. Так который же?», — никак не мог припомнить директор.

Альбус занял привычное место; Ремус махнул рукой, и музыка смолкла (ну не Минерва же позвала оркестр). МакГонагалл встала и произнесла поздравительную речь:

— Дорогой Альбус! Какое счастье, что у нас на свете есть такой красивый, умный, храбрый, в меру упитанный и не в меру резвый директор. Поэтому сегодня ты получишь от нас замечательный подарок. Тебе от нас всех — торт со ста пятьюдесятью свечками!

— А еще хор учителей споет тебе новую юбилейную песню, — вскочил Ремус Люпин. — Три-четыре!

Крепкий, чудный, бесконечный,
Полн хвалы, преславный весь,
Альбус! Ты един превечный,
Сей Дамблдор вчера и днесь:
Непостижный, неизменный,
Совершенств пресовершенный,
Неприступна окружен
Сам величества лучами
И огньпалых слуг зарями,
О! Будь ввек благословлен.

Потом объединенный школьный ансамбль песни и пляски под руководством кентавра Фиренце сплясал шотландский народный танец рил. Потом разошедшийся Альбус сплясал украинский народный танец гопак. Потом вместе с Минервой — белорусскую лявониху, чешскую польку; вместе с Фоуксом — танец маленьких лебедей, вместе с Поттером — танец с саблями. А потом домовые эльфы устали играть и с тихими чпок-чпок смылись из Главного зала. Ученики и учителя не сразу заметили их отсутствие, но не стали расстраиваться, а стали есть торт. Торт оказался очень вкусным — эльфы не пожалели коньяка для пропитки, поэтому, доев последние крошки, хогвартчане отправились веселиться дальше: кто к озеру, кто в Запретный лес.

И только Северус Снейп отправился спать, потому что только он помнил, что завтра — понедельник.